ФОРУМ ЗАКРЫТ. ИГРА ОКОНЧЕНА.

1750 год

Общество вампиров раздроблено из-за клановых разногласий. Между собой борются крупные секты - Темный Порядок, Отступники и братство охотников. Но все едины в одном - в необходимости соблюдать Маскарад. Рейтинг: NC-21

Погода

Апрель. Ночью около +8°C. Днем +20°C.

ЖДЕМ В ИГРУ

Администрация: ТЕОДОР ДЕ МОРО

Нажми на кнопку

Рейтинг форумов Forum-top.ruВолшебный рейтинг игровых сайтов

К слову

Вампиры - Дети Ночи, мистические создания, которые пьют кровь, чтобы продлить свою не-жизнь. Мертвые, но ожившие. Внешность имеют самую разную, в зависимости от клана, пути и образа жизни.

Каждый клан имеет свою индивидуальную дисциплину, которую передает из поколения в поколение и бережно хранит секреты, оставляя тайну лишь для своих соклановцев.

Существа, называемые Мисфитс, не имеют клановой способности, но могут развить все три общие дисциплины на достаточно высоком уровне, чего им, в принципе, бывает достаточно.

Иерархия имеет очень большое значение в мире вампиров. В особенности для вампиров, состоящих в сектах, которые придерживаются тщательно разработанной структуры.

Совершая диаблери, убийца выпивает не только кровь жертвы (а кровь вампиров гораздо вкуснее, чем самая вкусная кровь простых смертных), но так же и силу жертвы.

Гули это люди, отведавшие крови вампира. Добровольно или насильно - не имеет никакого значения. После первого глотка человек становится привязанным к своему вампиру.

В Сером братстве есть и вампиры, которых называют Мстителями. Как правило это выходцы клана Малефикус. Они отказываются от человеческой крови и поддерживают не-жизнь с помощью крови животных.

Помимо официальных, всем известных сект, существуют так же тайные общества, чья деятельность является преступной как среди людей, так и среди вампиров.

Кровь вампира, содержащая его силу и имеющая магические свойства. Чем старше вампир, тем сильнее будут магические свойства его крови.

У вампиров, как известно, нет души. Она умирает вместе с человеческой оболочкой, а это значит, что не-жизнь становится окончательной и последней в цепочке реинкарнаций.

Вампиру символы веры ни по чем, если перед ним не праведник, наделенный особо мощной верой и силой воли. В его руках крест и святая вода становятся опасным оружием, но, конечно, не смертельным.

Кровь умершего не связана с его душой, она не просто теряет ценность, но и становится отравой. Глотнувший мертвой крови вампир будет долго опорожнять желудок, и еще потом его будет подташнивать. Исключение - вампиры клана Мортис.

Обезглавливание - самый действенный способ убийства вампира. Даже если кажется, что вампир окончательно мертв, на всякий случай лучше отрубить ему голову - так он точно больше не оживет. Еще ни у одного сородича голова к туловищу не прирастала.

Огонь - вампиры хорошо воспламеняются и горят. Но даже обуглившаяся головешка может выжить, если огонь вовремя потушить.

Магия сородичей страшна и разнообразна, воздействия вампиров друг на друга смертоносны либо причиняют большой ущерб, в зависимости от поколения и силы.

Если воткнуть в сердце вампира какой-нибудь предмет, оно остановится и существо упадет замертво. Не встанет, пока инородный предмет не уберут из сердца. Если это случится, орган со временем регенерирует и забьется.

Солнечный свет и ультрафиолетовые лучи причиняют ожоги моментально, а если оставить под прямым воздействием - вампир превратится в прах и развеется по ветру. Исключение - вампиры клана Гарголь.

Поколение показывает силу витэ вампира, которая тем слабее, чем дальше сородич удален от первого прародителя.

Узы начинают действовать уже после первого глотка, и с каждым новым глотком усиливаются. Трех глотков от одного вампира достаточно, чтобы человек стал его рабом.

Узы Крови можно разорвать, если убить своего хозяина, но это крайне сложно, поскольку у жертвы попросту не поднимется рука. После смерти хозяина Узы естественным образом распадаются.

Кровь вампира творит с человеком настоящие чудеса. Гуль становится сильнее, быстрее, выносливее, раны его быстро регенерируют, кожа разглаживается от морщин и тело наполняется неведомой энергией.

Вампирам, как и людям, не чужды никакие эмоции. Они могут любить, могут ненавидеть, могут страдать, могут оставаться эгоистами. Вампиры покупают дома и иногда даже заводят семьи, они так же плетут интриги и скрываются от правосудия.

Размножаются вампиры при помощи ритуала инициации, других способов нет. Их мертвое семя не способно дарить жизнь.

Вампиры могут имитировать жизнь в своем теле - заставить кровь прилить к коже и сделать ее розовой, направить свою силу на то, чтобы температура тела была как у человека.

Для того, чтобы поддерживать себя в нормальном состоянии, новообращенному вампиру необходимо питаться каждый день. Со временем он может сдерживать жажду и растягивать запас витэ на недели, что тоже зависит от поколения.

Клану Мортис необходимо употреблять человеческую плоть так часто, как они могут.

Похищая не-жизнь вампира, который ближе находится к Прорадителям, вампир навсегда усиливает собственное витэ. Таким образом, даже новообращенный вампир может получить могущество старейшин, конечно же, если у него хватить силы и наглости отнять его у них.

Каждый клан имеет возможность помимо своей дисциплины развить две общие, уровень развития будет так же зависеть от поколения.

Многие полагают, что у движения Отступников нет четкой структуры, что они — не более чем неорганизованный сброд, однако это далеко от истины; не будь они организованы — их уничтожили бы еще много веков назад, а на данный момент они живут, процветают и набирают в свои ряды новичков.

Отступники - это те, кто отказывается подчиняться законам Темного Порядка, да и любым другим законам тоже. Для отступников любые законы - это цепи, а цепи ограничивают свободу. Это неправильно и поэтому они готовы идти на всё чтобы разорвать путы.

Чаще всего отступники молоды. Это бунтари, изгои, вампиры, имеющие неординарное мышление и своеобразный взгляд на мир в целом и на вещи в частности. И, к сожалению или к счастью, отступники долго не живут.

Согласно легенде, первым в их роду был Каин - братоубийца. За свое преступление Каин был проклят Богом и превращен в вампира.

В Пророчестве сказано, что реинкарнация Авеля, брата Каина, разбудит его первых детей. Проснувшиеся от тысячелетнего сна, чудовищные голодные монстры начнут пожирать всех вампиров.

Прародители - первые вампиры, от которые пошли все последующие. Каждый из шести создал своих потомков и передал им свою силу. Так появились кланы, в которых сородичи сильно отличались друг от друга.

Вампиры Темного Порядка клянутся соблюдать шесть законов для достижения всеобщей цели. Как и другие законы, они часто игнорируются, искажаются или прямо нарушаются.

Охотники на вампиров точно так же пытаются соблюдать Маскарад, поскольку им тоже не хочется кровопролитной войны, в которой еще не известно, кто победит.

Наверх

Вниз

The Vampire Chronicles

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Vampire Chronicles » Завершенные эпизоды » Загнанных лошадей пристреливают


Загнанных лошадей пристреливают

Сообщений 1 страница 30 из 60

1

Участники:
Теодор де Моро
Себастьян де Моро
Флоренцо Конти

Время:
30 сентября, 1738 год

Место:
Orléans, La Taverne de Llewelhyn
Крипта собора Сен-Аньян
Особняк герцога де Моро

Одежда, инвентарь:
Дорожный плащ, камзол, сюртук, рубашка, брюки, высокие сапоги.
Поясная сумка: несколько абсолютно одинаковых платков, эфирные масла в дорожном наборе, один флакон отдельно, в темном стекле, кошель.

Предыдущий эпизод:
-
Последующий эпизод:
-

Отредактировано Флоренцо Конти (2015-12-01 21:56:15)

+1

2

Несмотря на плотную стену дождя он ощущал как неотвратимо на востоке пробуждается солнце. Еще минут сорок и оно начнет кусаться. Постоялый двор, вода, что до этого копилась в складках плаща на мягком аллюре рыси при торможении находит пути за шиворот, Флоренцо брезгливо морщится, спешивается. Конюх — мальчишка, чуть отступает к денникам, еще больше уходя в тень. Если он так пытается укрыться от дождя, почему не завалился спать где-нибудь под крышей на сене? Конти отдает ему повод.
- Помой и хорошенько накорми.
Подкинутый ливр, совершив несколько кульбитов в воздухе безвольно падает в дорожную жижу. Мужчина, наконец, отвлекается от механических слов и жестов, он удивлен, теперь смотрит на мальчика внимательнее. Взгляд последнего цепкий и колкий, будто пытается  накликать чуму как минимум. Послание: «чтоб смерть твоя была долгой, мучительной и по возможности унизительной», читается довольно отчетливо, у Флоренцо не получается сдержать улыбку. «Такой маленький, а уже умеет так люто ненавидеть»:
- В чем дело?
Мальчишка упорно молчит, не дрогнул ни один мускул, если бы Конти не слышал биение его сердца, решил бы, что перед ним статуя. Вампир невольно усмехается, пожалуй, он несколько раз видел подобные взгляды в исполнении охотников, но никак не малолетки лет семи. Однако, дождь уже порядком раздражал, хотелось поскорее в тепло и выпить какое-нибудь вино с пряностями:
- Не говори, что мало, а делай свою работу, мальчик. Если я буду недоволен, взбучка от хозяина покажется тебе сущей безделицей.
Мальчик стоит неподвижно, лишь кулаки сжимаются да желваки на скулах, едва заметно уголок губ приподнимается в хищной ухмылке.
Флоренцо уже было разворачивается к такой призывной вывеске с кружкой, когда даже сквозь дождь его догоняет запах угрозы. Он на секунду замирает, стараясь убедиться, что это именно мальчишка, что никто не прячется в сене, за лошадьми или навесом. Но странный мальчик один:
- Ты немой? - Уточняет он на всякий случай. Вампир встает рядом, укрываясь от дождя и стараясь теперь тщательнее разобрать нюансы запахов. Свежая кровь. Нет, он не гуль, это его собственная кровь. Вероятно, хозяин уже избил его недавно и теперь упоминание о нем вызвало эту волну ненависти. Еще было в мальчике что-то отдаленно знакомое. Может, он уже встречал его? Флоренцо не был уверен. Однако, сколько  ненависти в таком крохотном тельце, хватит на толпу сарацин. Конти вновь улыбается, смотря как-то сквозь мальчика, вспоминая ощущение опьянения битвой, когда он был жив и кровь его текла быстрее.
Мальчик понимает, что человек так просто не уйдет, его внимание привлекло странное поведение, а это значит, пора подыграть. Теодор опускает взгляд, находит ливр, подбирает его и неспешно идет к лошади господина, его тонкая фигура скрывается за ней, он достает тряпку из ведра воды и начинает медленно вытирать ею жеребца, спустя некоторое время, он тихо бормочет под нос считалочку на французском.
- Раз: мама не права. Два: любовь прекрасна. Три: плачет медсестра. Четыре: я ее люблю. Пять: я имею право. Шесть: все потрогать. Семь: я не остановлюсь на этом. Восемь: я дурачусь.
Мальчик более чем странен. Возможно, просто умалишенный - мало ли подобных сирот бродит по стране?
Вампир какое-то время наблюдает за ним: он не расседлал коня, возможно, это ему пока не под силу, а старший конюх отлучился. Но конь должен отдохнуть, за завтрашнюю ночь неплохо бы доехать до Кале. "...Раз: что бы мама ни говорила. Два: она меня забудет. Три: глаза на мокром месте. Четыре: мне плохо. Пять: я говорю, что хочу. Шесть: я несчастен. Семь: я редко думаю. Восемь: а вы?" - Продолжает он про себя, расстегивая подпругу и закидывая седло на козлы, чтобы мытье и отдых жеребца стали более полноценными:
- Аккуратнее, он может принять тебя за кобылу. - Флоренцо внимательно смотрит в морду коню, словно пытаясь отгадать его сексуальный настрой, и в итоге протягивает мальчишке свой платок.
- Возьми. Возьми, не бойся. На мой запах он не посмеет... Покуситься.
Мальчика вырывают из задумчивости слова, он неожиданно замечает, что человек все еще здесь, стоит рядом, что-то говорит.. Теодор замирает, осторожно поворачивается, замечая платок, но не берет и, отводя взгляд, продолжает свое занятие. Только теперь глаза его косятся в сторону этого странного человека, которому есть какое-то дело до ребенка.
"Определенно не от мира сего", - констатирует вампир, заталкивая свой платок в призывно оттопыренный карман мальчишки. К чему ему лишние проблемы с хозяином, если конь решит покрыть убогого?
Наконец, с чистой совестью и даже ощущая себя в некоторой степени благодетелем Флоренцо направляется в теплую таверну.

+1

3

Голос человека, певуче приятный, резал ножом. а его фразы... да к черту, какая разница, что он говорил? Каждый взгляд, каждое слово в его сторону вызывало боль, пробуждало агрессивное желание сделать больно в ответ. Он уходит... Мальчик бросил тряпку в ведро и повернулся к выходу, провожая прохладным взглядом человека. До сего момента в нем было одно желание - чтобы его все оставили в покое. Но теперь ему вдруг стало интересно. Теодор глянул на жеребца, скользя взглядом по красивым изгибам его тела. Животное занервничало, отворачиваясь от мальчика и фыркая.

В таверне стих веселый гам, лишь пара пьяных завсегдатаев любовно беседовала за последним столиком. За окнами растворялись предрассветные сумерки и трактирщик, работающий до последнего клиента, зевал за стойкой бара, бросая недовольные взгляды на последних посетителей. Тихо скрипнула дверь, отвлекая его от созерцания постояльцев.
- Мы уже закрываемся.. - закряхтел мужчина, но, увидев на пороге маленького графа де Моро, вышел из-за стойки и подошел к нему, оглядывая сверху до низу. Мальчик промок до костей в своей шелковой рубашке, на которой со спины проступили следы крови от свежих полос. Но не похоже было, что он дрожал от холода. Старый трактирщик знал его, впрочем, почти каждый в этом городе знал семью де Моро благодаря высокому титулу и обширным владениям. Не говоря уже о том, что герцога Рубена де Моро знали все. Никто его не любил, но многие побаивались.
Теодор был знаком с трактирщиком уже давно, и тот не задавал ему лишних вопросов. Он проводил графа в одну из комнат, предложил чистую сорочку и даже принес теплое молоко с печеньем.  Трактирщик не питал особой жалости или нежности, он знал, что скоро за мальчиком придет дворецкий и как всегда щедро отблагодарит.
Рассвет стремительно просачивался в окна, наваливаясь тяжестью на веки маленького графа. Теодор лежал в кровати, разглядывая мрачный потолок, а перед глазами его стояло лицо Рубена. Искаженный гневом, он опасно навис над ним, его спиртное дыхание заставляло отвернуться, а крепкая хватка за горло мешала сделать вдох. На шее появятся синяки к утру, но никто не удивится.
Мальчик распахнул глаза и сел в кровати, жадно глотая воздух. Кошмар был так реален, что он невольно потрогал свою шею – нет ли там руки? Осторожно лег обратно, морщась от болезненно саднящих шрамов. Так можно и умереть во сне, и, может быть, это было бы его избавлением. Но.. Что-то вспомнив, Теодор встал с кровати и оделся. Солнце уже стояло высоко, снизу доносились привычные разговоры и суета, а это значило, что он проспал до обеда. Как раз к этому времени обычно Марсель, его дворецкий, обнаруживал пропажу младшего сына герцога и начинал его искать. Скоро он поймет, что Теодор сбежал, и первым делом отправится в это место. А пока у него есть уйма свободного времени, которое нужно как-то потратить с пользой.
Граф надел свою подсохшую одежду и, зарывшись в карманы руками, вытащил из одного платок. Только сейчас он вспомнил, как тот человек нагло сунул ему эту деталь туалета. Кстати, про детали. К этому времени уже должна была подняться шумиха на счет конюшни. Мальчик спустился вниз и присел на последней ступеньке, краем уха подслушивая разговор трактирщика с его конюхом – все лошади в конюшне, включая лошадей постояльцев, мистическим образом не могли подняться на ноги. Теодор ухмыльнулся, вырезая какие-то буквы ножом в перекладине перил и осознавая великолепную вещь – сегодня, завтра, а может и послезавтра таверна будет полна посетителей. И он пока никуда не уедет. Вот только где он, почему не среди посетителей? Неужели куда-то вышел, пока Теодор спал? Воткнув нож в деревянную ступеньку, граф встал и решительно направился в интересующую его комнату.
Начнем с того, что двери в таких заведениях вообще надежно не закрываются, чаще всего замки там сломаны, а если нет – открыть их шпилькой мадам Жюри – раз плюнуть. В комнате царил приятный полумрак, нарушенный лишь коротким освещением, скользнувшим сквозь щель приоткрытой на секунду двери. Так тихо прокрадываться в чужие покои ему еще не приходилось. Теодор практиковался на комнатах прислуги, но это было не так захватывающе. Что слуги сделают своему господину, даже если он и вломится к ним в комнату тайком? Только в штаны напрудят со страху, но рта открыть и что-то вякнуть не посмеют. А сейчас в пальцах покалывало от волнения, нервы щекотало с каждым шагом вглубь темного помещения и было очевидно, что если его поймают, устроят взбучку. Но опасался Теодор не взбучки, а что планы его рухнут. Он остановился возле кровати, бросив на нее быстрый взгляд – человек никуда не ушел, он был здесь! Но, кажется, он спал... Мальчик выдохнул и нагнулся, тихо сняв свои мокасины,  затем пошел на цыпочках, останавливаясь возле интересующих его вещей. Похоже, его новый знакомый не собирался здесь обосноваться на долго, только отдохнуть после ночи пути, а потом отправиться дальше. Юный граф осмотрел его одежду, дорогая ткань и модный крой говорили о том, что человек не бедствует, возможно, носит титул какого-нибудь виконта.  В сумке его ничего примечательного, кроме, пожалуй, каких-то флаконов. Открывать он их не стал – мало ли? Вдруг там яд? Убрав все обратно, мальчик тихо подошел к спящему мужчине, встав возле кровати. В полумраке угадывались вчерашние черты лица, только теперь Теодор мог беззастенчиво их рассмотреть и решить, что человек молод и довольно привлекателен. А еще от него исходил интересный приятный запах. Не похоже на обычное мыло. Юный граф осторожно склонился над ним и втянул носом аромат его духов.. Что-то смекнув, отстранился и вернулся к сумке. Порывшись, выудил знакомый флакон и откупорил, поднося к лицу. В нос ударил тот же приятный запах. Граф усмехнулся, убирая флакон, обратно. Никаких ядов, никакого оружия.. Духи. Это было что-то новенькое.

0

4

Когда он услышал легкие шаги, сперва решил, что это горничная - позвать к обеду. Увидит, что он спит и не станет беспокоить. Но нет, даже не надо было открывать глаза, чтоб вновь учуять запах слабого на голову помощника конюха. Он стал четче в сухом помещении, но кровь теперь не ощущалась столь маняще свежей, или он помылся или переоделся, но теперь у мальчика был грубоватый привкус самой запекшейся жизни.
Что он здесь делает? Решил вернуть платок?
Кто сможет угадать ход мыслей безумца — сам безумен.
Мальчик снимает обувь, чтобы его не услышали. Слизком взвешенный поступок для умалишенного. Потом роется в вещах. Обыкновенный воришка? Это скучно. Но, нет, он даже не прикасается к кошелю... Значит, все же сумасшедший.
Ребенок подходит к его кровати: «он что — смотрит на меня?» Рефлексы стремятся уйти в затемнение. Спокойно. Это всего ли мальчишка, он любопытен.
Конюх с усилием вдыхает воздух. «Он — нюхает меня?» Этот факт почему-то веселит вампира, и он с наслаждением расплывается в улыбке и открывает глаза, как только мальчик отходит и возвращается к сумке.
«Слишком дорогие вещи для конюха». Флоренцо, наконец, получает возможность оценить экстерьер незваного гостя, в дождь да при слабом освещении он не заметил, что мальчик одет как-то совсем не по статусу.
В следующий момент он уже сзади, секундное размышление. Хочется поднять его за шкирку как маленького котенка и посмотреть, как забавно он будет бить своими лапками. Но увы, тонкая кожа и однозначные следы на шее подсказывают, что это не лучшая затея. Второй вариант — поднять за сорочку, но ткань ее явно не соответствовала брюкам, да и размер, явно с чужого плеча. Порвется или того гляди жертва выскользнет... Вампир не придумал ничего лучше, чем несколько наклониться и прижать к себе. Почти отеческий жест утешения, но попробуй выберись:
- Интересно? - Он улыбается, говорит тихо и вкрадчиво и уже сам разглядывает свои флаконы. Мимоходом думая, что некоторые из них стоит, пожалуй, обновить.

+1

5

В какой-то момент Теодор совсем забыл про осторожность, самонадеянно думая, что никого не разбудил, раз вел себя тихо. Но, видимо, это произошло без его участия, или с его, не важно. Крепкая рука обвилась вокруг его хрупкого тельца и прижала, Теодор обомлел, распахнув глаза и потерял дар речи.
- Интересно?
Тихий знакомый голос совсем рядом, возле уха. Юный граф перевел дыхание и сглотнул. Сердце колотилось воробышком в груди, восхитительно остро разливая по венам адреналин. Такие сильные эмоции, что сложно соображать. Но надо, и быстро.
Теодор дернулся в попытке вырваться, скорее проверяя крепость хватки, чем действительно пытаясь высвободиться. Рука сжимала не сильно, но надежно. Конечно он позорно проиграет, если начнет вырываться с унизительными криками о помощи. Не про него это. К тому же, так его сожмут сильнее, а тело еще слишком хорошо помнило поцелуи кнута.
- Отпустите меня, мсье, - как можно более спокойно сказал мальчик, но в голосе его проскальзывала предательская дрожь. Нет, не от страха. Страх давно прошел, но тело потряхивало от волнения.
- Мне бы не хотелось случайно пролить ваши духи.
Он чуть повернул голову, пытаясь увидеть его лицо и поймать взгляд.
- Они очень вкусные..

+1

6

О, как же безумно вкусно он пах в этот момент! Как жаль, что в Нобилис нельзя так просто забрать эту прелесть себе... Флоренцо  наслаждением втянул воздух, смакуя нюансы новых запахов маленького воришки. Судя по реакции ему явно нравилось ходить по краю, такие птенчики любят чистить перышки под самым носом у кота, с удалью упархивая в самый последний момент, но втайне мечтая быть пойманными. Таким воробушкам обычно страсть как интересно посмотреть, а что же будет дальше? Мальчик почти не боялся, разве что самую малость, но страх затмевал какой-то странный восторг от происходящего. Конти наблюдал подобное разве что среди недавно обращенных, которым не то, чтобы очень хотелось есть, но просто нравилось загонять людей в угол и отнимать жизнь.
Нет, малыш совершенно точно не был умалишенным:
- Ммм, так ты не немой? Как занимательно, - вампир отметил про себя, что мальчик продолжал поступать нелогично. Он не стал кричать или вырываться, как сделал бы на его месте любой нормальный ребенок, а сумел как-то здраво по-взрослому оценить ситуацию и изложить свои... пожелания.
Теперь Флоренцо было интересно, как же столь рассудительный молодой человек поступит, если его требования не будут выполнены. В полном объеме.
- Можешь оставить их себе. Они тебе пойдут, - Конти с небольшим запозданием понял, что действительно так считает. Вампир не ослабил объятия и не усилил их, просто стоял, как раньше, словно так между ними было заведено.

+1

7

В словах звучала насмешка, впрочем, он это заслужил. Наверняка вчера, когда мальчик был не в себе после очередного скандала и побега из дома, он произвел на незнакомца странное впечатление. Впрочем, он постоянно производил странное впечатление, только язвить вот так нахально никто бы не посмел. Теодор глубоко вздохнул и выдохнул, пытаясь вести себя, как ни в чем не бывало. Словно ничего особенного сейчас не происходило. Это было довольно просто, стоило всего лишь вспомнить, чему его учили.
Говори, что хочешь, но не забывай о хороших манерах.
- Мы не так близко знакомы, чтобы вы обращались ко мне на "Ты".
Первое, что пришло в голову. К титулованным особам не обращаются так по-простецки. Ах, да, мужчина не знает, кто он. Вот только представляться было не удобно, когда его так стиснули. Не самая удачная ситуация для обмена любезностями, однако мальчик не спешил повторять свою просьбу. Если ее проигнорировали в первый раз, вероятнее всего это сделают снова.
- Можешь оставить их себе. Они тебе пойдут.
Юный граф пожал худыми плечиками и закрыл флакон, пряча его в карман. Подарок ему понравился, не смотря на хамоватое обращение и фамильярность.
- В таком случае, я должен что-то дать вам взамен.
Граф задумался на секунду, а потом стянул с указательного пальца золотое кольцо с изумрудом, под цвет его глаз. Ничего другого у него при себе не было, нож он по глупости оставил в коридоре, иначе бы уже попытался им воспользоваться. Возможно, в самом начале.. Сейчас он не чувствовал опасности, незнакомец странным образом усыплял его бдительность. Он обнимал его, прижимал к себе, но не пытался ведь свернуть шею.. Быть может, ничего плохого в его мыслях нет?
- Возьмите, - мальчик повернулся к мужчине, окинув его прохладным взглядом, протянул ему кольцо и чуть улыбнулся.
- Это принадлежало моей матери, покойной герцогине де Моро.
Теодор не дорожил ее вещами, просто ему нравилась эта цацка. На матушку, которую он никогда не знал, и за чью прискорбную кончину его избивали еженедельно, ему было откровенно плевать. Не дожидаясь какой-либо реакции, юный граф нащупал пальцы мужчины и надел кольцо на его мизинец, приговаривая:
- Оно мне великовато, я его все равно потеряю. А вам в самый раз.

0

8

- Мы не так близко знакомы, чтобы вы обращались ко мне на "Ты".
Флоренцо разве что чуть шире улыбнулся. Упоминание титула матери вообще расставило все на свои места. То, что он принял за интересную тайну, оказалось всего лишь воспитанием.
Юного... герцога, надо полагать? Он отпустил, с интересом взглянул на кольцо:
- Такие не носят на мизинце, мальчик, - прокомментировал он, но с пальца не снял. - Благодарю, - легкая полуулыбка и чуть склоненная голова. - Итак, все же, что вы здесь забыли, и почему ночами бегаете по конюшням? Прятки? - Конти как ни в чем не бывало вернулся на кровать, мальчик стоял против солнце, потому все это время, несмотря на шторы, ощутимо обжигало глаза, но заметил  это вампир лишь, когда решил загадку безумного конюха.

+1

9

Почувствовав свободу, Теодор обернулся к мужчине, вытянувшись по струнке и гордо вскинул подбородок. По началу он не собирался оправдываться или давать какие-то объяснения, поскольку никогда не приходилось быть застуканным на месте преступления, но сейчас.. почему-то не хотелось выставляться в дурном свете.
- Я убежал из дома. Мне просто было скучно, - от части сказал правду мальчик, - А здесь я искал что-нибудь интересное. Это такая игра.. Вы не сердитесь?
Теодор проследил за мужчиной взглядом, видя, как тот вернулся в кровать, что-то сообразил и сцепил руки за спиной, переминаясь с ноги на ногу.
- Вам угодно отдыхать, мсье, тогда я пойду. Если встретите моего отца.. не говорите ему.

0

10

- Надеюсь, нашли. - Уже спокойнее проговорил Флоренцо. Вопрос о том, сердится ли он, вампир вообще проигнорировал, без особых церемоний натягиваю на голову подушку. «Однако, как же она дурно пахнет, словно под ней сдохла крыса». Как-то в этот раз он недооценил коварство солнца, заигрался с воробьем и кота умудрилась укусить за хвост местная дворняга.
Ему знакомо было это ощущение, видимо, в организме начинались какие-то совсем специфичные процессы, так как Конти после подобных солнечных ванн неизменно начинало казаться, что кровь как-то по-особенному трепещет и бьется в районе носа. По-молодости он даже  ждал, что после этих ощущений должна обязательно пойти носом кровь, или же он должен плакать кровью, нечто подобное. Но, увы, никакого театрального драматизма, просто зудящее жжение и вялотекущее желание выколоть себе глаза.
Флоренцо потер их, так и оставаясь под подушкой, кольцо с непривычки задело бровь и Конти снова уставился на него удивленно, уже успев забыть о странном обмене.

+1

11

Кивнув, мальчик бросил последний взгляд на мужчину и пружинистой походкой вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Настроение его поднялось, проснулся аппетит и губы тронула загадочная улыбка, которую человек уже не видел. Скатившись с перил, Теодор спрыгнул на пол и выдернул свой нож из доски, после чего выпрямился, натолкнувшись взглядом на стоявшего перед ним дворецкого.
- Дерьмо..
- Милорд, я попросил бы вас не выражаться в обществе. И вообще, сколько мне, старику, бегать за вами? У меня здоровья не хватит каждый раз...
- Вытаскивать вас из очередной дыры. Знаю-знаю.
- Обезьянничать изволите? Молодой человек, ваш отец...
Дальнейшие причитания Марселя мальчик не услышал, так как заткнул себе уши мизинцами и потопал на выход. Слушать о том, что там его отец, он совершенно не хотел. Старик выдернул мизинец из уха мальчика, на что граф топнул ногой и выбежал из таверны под взглядами тамошних зевак.
В экипаже, которым управлял Марсель, Теодор смог наконец остаться один и обо всем подумать. Прежде всего о том, что он отчудил в таверне и почему его так тянуло теперь туда вернуться? Может смена обстановки, возможность хоть на время вырваться из домашнего заточения, не видеть пропитую рожу отца и не сгибаться под его взглядом. Теодор достал флакон духов из кармана и чему-то улыбнулся. А может тот человек, что проявил к нему внимание и.. заботу? Ласку? Совсем крупицу, но это быстро подкупало того, кто чувствовал только холод и пустоту.
Может быть не стоило калечить его лошадь?

0

12

К вечеру пришла горничная с ужином, она мило стрекотала, пока Конти натягивал не до конца просохшую одежду:
- Так, вооот, страшное дело. Никогда такого не было! Хозяин, наверняка, разорен. Пять лошадей! И среди них две курьерских!
- А что случилось?
- Так я же говорю — все лошади, того! В смысле, не совсем того, но там что-то с ногами, я плохо поняла. В общем, конюх сказал, что их теперича только на мясо. А вы тоже на лошади к нам?
- Конь. - Механически поправил ее Флоренцо.
- А?
- Не лошадь, конь.
- Да кто ж там разбирается, я же к ним туда не лазила, - горничная гортанно хохотнула и откланялась.
Вампир подошел к окну и аккуратно отодвинул тряпку, что хозяин, вероятно, считал занавеской. Окно его выходило как раз во внутренний двор и конюшню, но от шальных солнечных бликов и отражений нельзя быть застрахованным, пока светило не скроется совсем.
Лошади лежали в денниках, над некоторыми из них склонились какие-то люди. Флоренцо чуть сосредоточился, обостряя до этого расфокусированный слух:
- Похоже ножом их всех.
- Да кому такое в голову придет?
- А ты думай. Может Жилю? От него клиент к тебе ушел, вот он и бесится. Или конюх кому дорогу перешел.
- Конюх винную бочку перешел, причем неоднократно за эту ночь.
- Дык, вычти из его зарплаты.
- Он за всю жизнь у меня такой зарплаты не увидит, а ты говоришь...
Вампир спокойно ужинал. До заката в любом случае он связан по рукам и ногам. Мог ли это быть мальчик? Ведь он чувствовал вчера его угрозу. Но тогда бы имело смысл подрезать лишь его коня, а тут — все. Может, и вправду, какие-нибудь местные разборки? Во второй раз ведь никакой угрозы не было. Мальчишка был обходителен и вежлив. Словно успокоился.
Конти подозрительно посмотрел на кольцо. Рубашка! На нем была чужая рубашка! Значит с его было что-то не так, в его крови — это было понятно еще вчера, но могла ли там оказаться еще кровь лошадей?
Отставив ужин, Флоренцо спустился вниз, обращаясь к трактирщику, что стоял прямо напротив от входа:
- Извините...
- Если вы насчет лошадей, то ничем не могу помочь...
- Нет, я насчет вчерашнего мальчика. Темноволосый, был сегодня ночью здесь.
- А? Сын герцога?
- Да, его рубашка...
- А, так вы егойный слуга? Новенький? Обычно Марсель забирает эту занозу в заднице.
- Простите?
- Ну, кто ж вам новенькому такое скажет? Но этот ребенок — смертный грех. Изводит своего отца только так. Уж как он жену свою любил, вообще — отличный семьянин, наш герцог, богатый опять же. Был. А как этот дьяволенок родился, она и приставилась, все соки ейные выпил, видимо.
- Рубашка.
- Сейчас принесу не извольте беспокоиться. Только...
Трактирщик показал однозначный жест рукой, потому пришлось еще возвращаться в номер за кошелем, но зато малый ждал его уже с рубашкой.
Да, определенно этот фасон и ткань подходили воробушку больше. Флоренцо вернулся к себе, но уже по дороге его обоняние ощутило несколько чужеродных капель. Так, в основном, пятна крови располагались на плечах и спине. И это была кровь самого мальчика. Но на груди было три разных кровавых следа. Либо мальчишка прирезал в ночи небольшую компанию, либо лошадей.
Флоренцо сковырнул ногтем одну запекшуюся каплю и слизнул ее. Лошадиная.

+1

13

Прошлая ночь была не более тяжелой, чем предыдущие ночи в обществе Рубена, но с интересным продолжением. Рубен болел с похмелья, поэтому на известие о возвращении сына лишь поморщился. Представший перед ним отпрыск упрямо молчал, протирая в полу дырку - отвечать на глупый вопрос где он был уже казалось бессмысленным. Дворецкий сказал, где его нашел, и это место было ничем не хуже предыдущего. Рубен обошел сына, осматривая его со всех сторон.
- А это что? - прежде, чем Теодор успел опомниться, герцог выхватил у него флакон, брезгливо рассматривая, - Где ты взял это? Отвечай.
- Нашел, - не моргнув, соврал мальчик.
- Врешь, ты украл это у мадам Жюри!
Звонкая пощечина обожгла щеку графа. Тот вскинул потемневший взгляд на отца, сдул челку со лба, краснея от злобы, но с места не сдвинулся.
- Пошел вон. Убирайся, я сказал!
Мальчик прищурился, взглянув на духи в его руке, одарил отца колючим, полным ненависти взглядом, и, проглотив ком в горле, поплелся из комнаты.
Когда Теодора отмыли, одели и причесали, он снова стал похож на юного графа де Моро, и теперь его вряд ли можно было принять за помощника конюха. Время близилось к вечеру. Теодор закрылся в своей комнате, даже оттуда слыша, как скандалит отец с экономкой. В нем появилась уверенность, что это ее духи, и что подарил их ей какой-то ухажер. Дубина, кто будет ухаживать за этой коровой? Но слышать их пререкания становилось невыносимо. Мальчик чувствовал надвигающуюся бурю, которая неслась с нарастающей скоростью и грозила разразиться аккурат над его головой. Снова. Интересно, сколько он выдержит прежде, чем обида, боль и злоба не смогут больше просто сжигать внутри и вырвутся наружу? Что-то решив, юный граф отбросил свой словарик по латыни, который читал только для вида, надел плащ и вышел из комнаты. По пути ему попался дворецкий, оценив вид графа, он открыл было рот, чтобы что-то возразить, но услышал приближение герцога, - его ругань было слышно еще в другом крыле, - и, подхватив мальчика под локоть, вывел его из дома по другим путем.

В кой-то веке в таверне было оживление. Народу было полно, и теперь все обсуждали животрепещущую тему. Сомнительный подвиг юного графа был у всех на устах, что даже придавало ему гордости. Странное чувство, бессмысленное, но приятное. И совершенно не заслуженное, если учитывать его полезность для общества. Но к дьяволу общество, если это было нужно ему самому. Теодор проскользнул в дверь и пошел вглубь зала, изящно огибая столики. Через минуту за ним вошел Марсель, садясь рядом за единственный свободный столик в самом дальнем и темном углу. Впрочем, если бы тут были еще свободные столики, мальчик выбрал бы именно этот. Отсюда удобно было наблюдать.
- Пинту пива мне, а моему господину стакан молока.
Разносчица приняла заказ и унеслась, покачивая бедрами. Теодор не обращал внимания на то, что там вещает его дворецкий. Его взгляд блуждал по посетителям в поисках определенного лица.

0

14

Флоренцо покинул таверну как только почувствовал, что солнце достаточно ушло на запад. У него не было уверенности, что энтузиазма молодости не хватило на всех окрестных лошадей. Но дата отплытия уже была назначена, а гули, которыми он планировал питаться в дороге — оповещены. Если б не последнее, конечно, можно было бы создать на месте новых, но Конти был щепетилен в таких вопросах. Подобную влюбленность и зависимость он всегда воспринимал скорее как потенциальную угрозу. После одного случая в 14 веке. Так что теперь он тщательно выбирал их и  первое время старался держать недалеко от себя, чтобы всячески контролировать. Он всегда создавал их под определенные цели после достижения которых — осушал.
По-хорошему кроме коня неплохо было бы найти мальчишку, а то выходило, что после ночных угроз Конти выглядел пустозвоном. Но? Будем считать его подарок — попыткой извиниться. Наверняка, юного герцога, который разве что отчитывал горничных, своя ночная вспышка испугала, потом замучала совесть, и он решил загладить вину. Молодой, вспыльчивый, бывает. В конце концов, возможно он счел легкую угрозу вампира как провокацию, и пылкое сердце не смогло поступить иначе, в конце концов, не убил же он лошадей. Все эти именно что ощущения справедливости промелькнули в Конти секунды за три, но, если бы его спросили, чем подкреплено окончательное решение, он бы рассуждал именно так, как приведено выше, отстаивая свою позицию.
Свободный конь, которого готовы были продать, и который не шугался вампира, нашелся лишь через четыре квартала. Причем, судя по цене, слухи о произошедшем на постоялом дворе, успели долететь и сюда.
Через несколько дворов он уловил запах похожий на дневного мальчишку. Недавно закончился очередной дождь и воздух был неимоверно свеж. И в этом самом чистом аромате разносился перелив мальчика, чем-то весьма отдалённо напоминающего вчерашнего оборванца, но в разы более ухоженного. Мальчик стоял на балконе и скучал, лениво озирая улицу. Он быстро заметил, что за ним наблюдают, и перевёл взгляд. О, её глаза он бы ни с чем не спутал! Взгляд - нет, он был слишком холоден и безразличен, но глаза, неуловимое сочетание, разреза, глубины посадки, формы, цвета, ресниц. Это был без сомнения её сын!
- Моё почтение юному господину, - с улыбкой и лёгким кивком вампир заставил коня чуть отступить в своеобразном реверансе. Мальчишка нахмурился, но стоял все также, чувствуя себя в полной безопасности и разве что раздосадованный, что его покой потревожила муха.

+1

15

Было скучно. Нет, не так.
Было ужасно скучно. Себастьян уже ненавидел идею отца отправить его в этот городской дом. Честно признаться, мальчишка даже не понимал, зачем ему здесь быть и почему он не может ночевать дома, как и Теодор. Правда, нужно признаться, что отправлял его сюда отец не так часто, но за последний месяц это был уже второй раз.
Хотя Себастьяну нравился этот дом в городе. Здесь, по крайней мере, не было так холодно, как в том огромном особняке, вокруг которого раскинулся замшелый, болотистый лес. И запаха сырости, въевшейся, кажется, в сами камни, тоже не было.
Себастьяну нравилось, что здесь, в небольшом городском доме, где отец часто встречался со своими коллегами и просто важными знакомыми, пахло разогретым солнцем деревом. И постепенно даже сам мальчишка пропитывался этими едва уловимыми нотками.  Только вот без брата тут было скучно, а слуги развлекать не умели. Поэтому самым большим развлечением для юного де Моро было  разглядывание людей с небольшого балкона. Он мог простоять там все утро, разглядывая прохожих. Улица была довольно оживленной в светлое время суток, но к вечеру прохожих становилось все меньше. Зажигались огни, закрывались ставни на первых этажах и постепенно все стихало. Себастьян со скучающим интересом наблюдал за тем, как от закатного солнца на мощеной булыжником дороге причудливо вытягиваются тени, как бликуют рыжие всполохи в стеклах вторых этажей, как какой-то пьяница идет, пошатываясь.
Так проходил день за днем. Иногда приходили учителя, иногда с нянькой можно было выбраться в город, но ничего интересного Себастьян там не находил. В итоге он опять скучал то за книгами, то за разглядыванием людей. Люди были ему интересно. Даже вон те хромоногие...
После этой непонятной ссылки однажды слуги засобирались домой. Себастьян было обрадовался, что увидит брата, но, вернувшись домой, застал только скандал. Сумасшедший дом: отец ругался. На этот раз с экономкой - толстой и крикливой бабищей, которую Себастьян никогда не любил. Иногда хотелось подставить ей подножку, чтобы она слетела с лестницы и переломала себе все кости. Правда, юный де Моро догадывался, что этот огромный ее живот не даст: слишком мягкая.  Это насторожило Себастьяна и, забившись на кухню, где ему вручили стакан молока и какую-то булочку, выведал у поваренка, что недавно дома был большой скандал, после которого Теодор опять сбежал из дома.
Это было отвратительно. Не видеть брата столько времени, а потом опять наткнуться на его отсутствие дома. Себастьян было в расстроенных чувствах побрел к себе, но его поймала кухарка, которая краем уха слушала его разговор со своим помощником. Очень любопытная женщина...Но благодаря ее любопытству Себастьян узнал, что Теодор с Марселем на какой-то черт отправились в город, в таверну. В ту самую, куда старик только и водил Теодора. Но зачем?
Пришлось опять выискивать кого-нибудь незанятого, делать большие несчастные глаза и просить в приказном тоне отправиться за братом. Конечно, слуга согласилась.
В ожидании брата или весточки от него он вышел на небольшой балкон. Окинул взглядом раскинувшийся внизу двор и поежился. Здесь всегда было сыро и промозгло. Хотелось оказаться подальше от этого страшного дома.
А потом краем глаза мальчишка заметил движение и, повернувшись вперился скучающим взглядом в остановившегося под балконом мужчину. Каким образом тот попал во двор, мальчишка даже не догадывался...но тут частенько шастали какие-то незнакомцы.  Этот же выглядел забавно на своем коне, но Себастьян не улыбнулся, а лишь нахмурился. Он думал, что это сделает его в чужих глазах чуть старше...и всегда хмурился, когда с ним заговаривали взрослые. Быть ребенком уже надоело, потому что каждый второй не относился серьезно, не слушал и вообще смотрел так, будто бы на его месте никого нет. Марсель еще этот...со своими лекциями.
- Добрый вечер, мсье, - бросил Себастьян, укладывая руки на бортике и машинально гладя теплый камень пальцами. - Почему вы остановились?
"И что вам надо от меня?", - мысленно добавил Себастьян.

Отредактировано Себастьян де Моро (2015-11-28 16:59:32)

+1

16

Ночь предстояла длинная, а в животе начинало урчать слишком громко. Марсель покосился на своего господина и поинтересовался, не пора ли уже обратно, на что Теодор упрямо качнул головой. Из разговоров он понял, что навредил не так уж и сильно, лошадей вылечат, а в соседнем постоялом дворе есть еще куча лошадей, так что все живы. Никто не пострадал. Какая жалость.. Хмыкнув, граф уставился на очередного вошедшего, коем оказался.. оказалась его служанка.
Жюстина? Жанетта? Жюльетта!
- Жюльетта, что ты здесь забыла? - спокойно поинтересовался граф, когда бедная взмыленная девушка, запыхавшись, упала на стул рядом с Марселем. Тот отхлебнул своего пива и вытер усы.
- Простите... Ваш брат, милорд...
- Что мой брат?
- Он вернулся и прислал меня за вами.
В первую секунду Теодор обрадовался, он давно не видел Себастьяна и соскучился. Но потом улыбка его потухла. Когда брат был нужен, его не было. А когда не нужен - тут как тут! Именно сейчас была не подходящая ситуация, Теодор нашел себе нового друга, как ему казалось, и хотел дождаться его появления, но именно сейчас прибежала служанка с известием - брат вернулся и зовет его. Мальчик стиснул стакан в руке, но лицо его осталось холодным. И что же теперь делать? Выходит, все было зря?... К дьяволу, он просидел там больше часа, а этот человек так и не появился. Понятно же, он уехал раньше, чем граф успел его застать. Да и брат, в конце-концов, важнее. Раздраженно тряхнув головой, мальчик встал.
- Марсель, мы возвращаемся!

Всю дорогу Теодор смаковал предстоящую встречу. Он наконец-то не один, ему будет, с кем играть, они будут вместе купаться и спать, рассказывая друг-другу страшные истории, и конечно утихомирить их будет сложно. За этот месяц юный граф подрос на целый дюйм, чем он сможет похвастаться, а его брат сможет снова пересчитать его шрамы, чтобы узнать, не появились ли новые. Вскоре экипаж подъехал к узорным воротам и из него вышел граф, опираясь на руку Марселя.

+1

17

- Мне показалось, что вы непростительно скучаете. - Флоренцо искусительно улыбнулся, - а там недалеко и до уныния. Одной из восьми греховных страстей. Разве родители не рассказывали вам об этом?
«Однако, как вырос... Сколько лет прошло? Прекрасно. Природа работает над ним».
- Ах, да, наверно, стоит отдать это вам... - Конти открепил от седла рубашку второго мальчишки. «Какая все же занимательная петля судьбы», - смял ее, чтобы лучше летела и кинул ясноглазому чуду. «Два милых маленьких воробушка. Интересно, а где глава семьи?».
- Я встретил его ночью, - продолжил вампир, ему было любопытно глянуть на реакцию мальчика на все это количество крови. - В общем, можно сказать, что это все, что у меня от него осталось. - О кольце Флоренцо то ли забыл, то ли умолчал.

+2

18

Себастьян, поймав рубашку, машинально сжал ее, бросив на незнакомца странный взгляд. Учитывая, что брат пропал, такие заявления были очень странными. И пугающими.
А еще сильнее напугало то, что он увидел на белой рубашке - кровь. Много крови. Сначала сердце пропустило удар, затем в голову сыпануло жаром. Себастьян вновь уставился на мужчину, покачивая головой:
- Что значит - все, что осталось? Эй, вы, что это значит?! - выпалил мальчишка, совершенно неподходяще для своих лет зло скалясь. Если этот человек видел, что Теодор попал в беду и проехал мимо, бросив его, то...
Холодная паника охватила Себастьяна. Он даже не стал рассматривать рубашку. Хватило только того, что она была в крови. Яркие красные пятна так и стояли перед глазами.
- Не думайте даже двигаться с места, - выпалил он и, рванув прочь с балкона, бегом бросился к выходу, едва не протаранив двери лбом. Обежал двор и, запыхавшись, остановился перед всадником.
Себастьян, задрав голову, с вызовом смотрел на мужчину, горя праведным гневом.
- Что с ним было?! Почему...почему вы не привезли его!
И плевать было, что мужчина мог просто не знать, куда везти маленького беглеца.
- Это где было? - продолжал сыпать вопросаси Себастьян. - Отвечайте. Или...или...я...
Мальчишка запнулся. Чем он мог угрожать взрослому мужчине, который наверняка был при оружии. Но страх и злость были сильнее логики.
- Или я...убью вас. Не знаю как! Но я это сделаю, - закончил свою речь  Себастьян и сжал небольшие кулачки, едва ли не искрясь от злости.

+2

19

Разозленные ангелы существовали, то один из них сейчас направил гнев свой на скромное творение Господа Флоренцо Конти.
- Не думайте даже двигаться с места,
«Что ты? Что ты, сладкий? Кто же от такой вкуснятины уедет по доброй воле?»
И вот он стоит прямо перед ними со своими огромным, пышущими глазами, такой притягательный и аккуратный, его гнев пламенный по сравнению с холодной яростью второго, что удалось испытать вчера. «Этот, вроде бы, старший».
Конти нагибается, ему хочется максимально приблизиться к такому чуду, живому воплощению невидимого пульса жизни:
- Что с ним было?! Почему...почему вы не привезли его!
- А что, если я не захотел?.. - Говорит он вкрадчиво, изучая плотно сжатые губы и находя свое отражение в чужих глазах.
- Где? Не помню, я только вчера приехал в город и плохо его знаю. Если честно, он — единственное, что мне запомнилось. Знаешь, в нем было столько гнева... Только гораздо глубже, чем в тебе... - Флоренцо обольстительно улыбается. - Убей, если хочешь. Все желания должны исполняться.

+1

20

Теодор хотел было войти через ворота, когда услышал голоса. Нахмурившись, он пропустил вперед служанку и Марселя, а сам прошел чуть дальше, выглянув из-за угла. Там, на главной улице, куда выходил балкон их дома, был всадник, которого мальчик сразу же узнал. Глаза расширились, в груди ёкнуло от неожиданности - тот, кого он ждал в таверне, и кого, как он думал, больше уже не встретит, чем был изрядно огорчен, стоял не где-нибудь, а возле его дома!.. Юный граф застыл, недоумевая, но тихо радуясь, рука в перчатке сжала железный прут забора, словно приросла к нему. Теодор терялся в догадках, как этот человек нашел его? Искал ли, или просто набрел случайно? Почему-то хотелось думать, что искал. И пусть даже ради того, чтобы забрать обратно подарок. Столько мыслей копошилось в голове юного графа, что он не сразу заметил - мужчина с кем-то разговаривает. Он уже собирался выйти к нему, придумывал, что сказать - никогда его еще не заставали врасплох. Как вдруг звонкий мальчишеский фальцет прорезал улицу. Теодор поднял взгляд и увидел - на балконе стоял его брат. Значит, вот с кем так мило любезничает его новый друг... Юный граф ухмыльнулся, какая-то горечь в горле заставила опустить взгляд, а когда он вновь посмотрел на балкон - брата там уже не было. Вовремя сообразив, Теодор спрятался за куст - Себастьян его не заметил, пробежал мимо и встал перед мужчиной, выкрикивая угрозы. Глупо и отчаянно, словно щенок, гавкающий надрывно на большого старого пса. Это делало его смешным, и, в то же время, восхищало. Но не в нем сейчас дело, не к нему было приковано внимание графа, видевшего маркиза Себастьяна в самых разных проявлениях сотню раз. Теодор с прищуром смотрел на господина, на чей палец не далее, чем сегодня, надел матушкино кольцо. Было что-то такое в его улыбке и поведении с братом, от чего кольнуло в груди, разливая по телу мальчика жгучий пожар злобы, природу которой он не понимал. Но готов был сейчас сам броситься в бой и хорошенько кого-то отметелить. Только почему-то метелить хотелось брата. Теодор тяжело вздохнул и повернулся, собираясь уйти, но едва не уткнулся лицом в живот родителя.
- Что ты тут делаешь?
Теодор посмотрел на него снизу. Рубен возвышался, как скала, угрожая всем своим видом. От неожиданности граф растерялся и не придумал, что ответить, открывая рот, как рыба. Герцог положил тяжелую руку на его затылок и повел его к месту развернувшейся сцены. Графу туда идти совсем не хотелось, он вырывался, но его тащили за шкирку, как котенка и казалось, Рубен даже не замечал его брыканий. Наконец отец остановился перед его новым знакомым.
- Что здесь происходит? Кто вы? - голос герцога де Моро прозвучал, как удар кнута. Выглядел Рубен уже не так разбито, как утром, хотя следы похмелья пролегли темными кругами в области глаз. Коротко осмотрев Себастьяна, герцог приметил в его руках рубашку и спросил:
- Что это у тебя, сынок?
Мужчина посмотрел жестким, пронизывающим насквозь взглядом на человека, который что-то там говорил его сыну. Его любимому сыну. Второй сын перестал вырываться и смотрел теперь на свою рубашку. Какого черта тут делает его рубашка?? Как она тут оказалась? Запущенная мысль быстро привела его к мужчине из таверны - только он мог это принести. Зачем?.. Может, он все понял?

+1

21

- Где? Не помню, я только вчера приехал в город и плохо его знаю. Если честно, он — единственное, что мне запомнилось. Знаешь, в нем было столько гнева... Только гораздо глубже, чем в тебе..
Конечно, и этот мужчина не воспринимал его всерьез. Кем он был? Простым мальчишкой, который еще на всех смотрел снизу вверх. Которого поучали, учили и который ничего не знал о жизни. Себастьян не спорил с этим, понимая, что некоторые взрослые на самом деле умнее его. Вот, например, Марсель. Старик был тем еще хитрецом и знал много разного. Но чаще всего молчал...
...Только сейчас речь шла не о том. Злость полыхала внутри маленького тельца огромным костром. Этот человек видел его брата. Знал, что ему нужна была помощь и просто...не захотел?!
- Вы - мерзавец! - выпалил Себастьян. - Вы просто...гнусный тип, если бросили его. Если не захотели. Стойте...
Взгляд вновь коснулся рубашки, затем перетек на мужчину, поблескивая льдом.
- Почему его рубашка у вас? А в чем Теодор?!
Себастьян был готов вцепиться зубами в этого спокойного мерзавца. Все воспитание сошло с юного де Моро, как с гуся вода. Он понимал, что бить незнакомца глупо. Что даже больно сделать не сможет. Но отчаяние хватало за горло, а Себастьян же схватил с земли камень и со всего маху хотел запустить его в лоб мужчины, как вдруг услышал голос.
- Что здесь происходит? Кто вы?
Себастьяна пробрал холод. Наверное, впервые он был так рад отцу. Резко повернувшись к нему, мальчишка уже хотел было открыть рот ,как заметил Теодора. Живого и невредимого. Широкая улыбка от уха до уха сменила злой оскал, отдав рубашку отцу, Себастьян ринулся на брата, обнимая его с разбегу и едва не роняя того в пыль. И только сжав Теодора и отпустив так же порывисто, выпалил:
- Этот...господин привез сюда рубашку. Я не знаю откуда она у него. Он...не говорит, - злые глаза вновь скользнули по лицу незнакомца, задержались на его глазах, будто бы Себастьян запоминал на будущее, а потом он повернулся к Тео, оглядывая брата с ног до головы: - Ты его знаешь? Что он сделал?

+1

22

Второй воробушек так мило ругался, будто подначивал запереть себя в клетку, чтоб щебетать всю для вампира оставшуюся жизнь. А жизнь его могла стать очень, очень долгой, это Конти уже обдумывал где-то на задворках сознания.
- Почему его рубашка у вас? А в чем Теодор?!
- Вы так милы. Это действительно все, что вас беспокоит?
А вот внезапно поднятый камень даже вынудил бровь мужчины приподняться. Камень — это было неожиданное решение, камень мог стать досадной неприятностью, еще попадет в коня...
- Что здесь происходит? Кто вы?  - А вот и отец семейства. «Постарел, поправился... Не узнал, быть может это и к лучшему»
- Флоренцо Конти, месье. Проездом. - Второй воробушек так смешно тараторил, поглядывая на вампира. Прямо ябедничал... «Рад, что спасен. А вот вчерашний как-то сник. Ночью был побойчее. Опасается взбучки? Что ж...»
- Дело в том, что мой конь вчера налетел на корягу, повредил ноги. Но так ослеп от боли, что не мог остановиться. Если бы не ваш сын, мы бы с вами не разговаривали. Он храбрый мальчик, вы должны гордиться им.
Конти улыбался и врал не моргнув глазом. Ну, как врал? Разве не нужна храбрость, чтоб подрезать целую конюшню? Да и в комнате юный герцог не испугался. Правда, и второй не из робких, но все же... Интересно, как бы он повел себя на месте первого?

+1

23

Теодор был похож на колючего ежа, но это не помешало старшему броситься его обнимать у всех на глазах. Мальчик с опаской глянул на отца, отпустившего его и теперь внимательно разглядывающего представшего перед ними мужчину. Небрежно приобнял брата одной рукой, коротко и сухо. Не любил он проявлений его бурных чувств на людях и вот эту заботу старшего, беспомощную и бессмысленную. Себастьян все равно не мог его защитить, как бы не пытался.
- Ты его знаешь? Что он сделал?
- Ничего, я его не знаю, - буркнул мальчик, поглядывая то на брата, то на человека, представившегося как Флоренцо Конти. Но дальнейшая речь мужчины окончательно выбила почву из под его ног.
- Дело в том, что мой конь вчера налетел на корягу, повредил ноги. Но так ослеп от боли, что не мог остановиться. Если бы не ваш сын, мы бы с вами не разговаривали. Он храбрый мальчик, вы должны гордиться им.
Юный граф хлопал глазами, не зная, что сказать. Этот мсье все понял про лошадей, в этом мальчик больше не сомневался. Но он его не выдал. Поступил так, не смотря на то, что Теодор навредил его жеребцу и причинил какие-то неудобства. Граф набрал полную грудь воздуха и сказал старшему:
- А, теперь я его, кажется припоминаю...

+1

24

[AVA]http://tvc.rolevaya.com/img/avatars/0016/d0/1c/13-1448737790.jpg[/AVA]Рубен подозрительно щурился, разглядывая лицо мужчины. Оно было ему странно знакомо, как и его имя. Переведя взгляд на младшего, он притянул его к себе за плечи и потрепал по волосам.
- В самом деле? И как же ты помог этому господину?
Теодор вперился взглядом в Конти, подозревая, что это провал. Врать он умел, но сейчас в голову ничего не приходило от растерянности, и теперь он молчал, словно язык проглотил.
- Прошу простить мою невежливость, герцог Рубен де Моро, - отец семейства протянул Флоренцо свою руку для рукопожатия и сощурил глаза, - Вы сказали, Флоренцо Конти?
Память живо нарисовала ему картину из воспоминаний давно ушедших дней. Бал, поцелуй, вызов.. Как молоды они были, и как горячи. 
- Ну конечно.. Это Вы, какая встреча.
Подтолкнув Теодора к брату, Рубен махнул рукой.
- Идите в дом, дети. А вы, мсье Конти... Что же мне делать с вами?..
Задумавшись, мужчина усмехнулся, пригладив волосы на затылке.
- Не желаете ли пройти в дом и поговорить за стаканом хорошего вина?
К своему удивлению он не чувствовал ненависти или злобы к этому человеку. Кристель была прекрасна, как Луна в звездном небе, многие пытались добиться ее руки, но покойная оставалась верна ему, доверяла свои тайны. Он знал про Конти и ничего не опасался. В какой-то степени даже был ему благодарен за то, что тот уважал выбор его благоверной. А сейчас.. время припорошило воспоминания и стерло все следы той, которую когда-то они не поделили. Так стоило ли ворошить его и возобновлять мальчишеские претензии?

0

25

Себастьян подозрительно посмотрел на брата, затем на всадника и, пожав плечами, кивнул отцу. Спорить с ним было бы бесполезно, тем более, они взрослые, они разберутся. Он смерил незнакомца все еще злым взглядом, и пусть тот уже объяснил, что брат якобы помог ему. Себастьян не верил ни единому его слову.
- Идем, - буркнул Себастьян и, ухватив брата за руку, потащил его в сторону дома.
В том, что Тео недоговаривал что-то, он был уверен и мальчишку терзало любопытство. Теодор всегда был скрытным, но вот эта ситуации вовсе поставила Себастьяна в тупик.
Когда они отошли на достаточное расстояние от мужчин, мальчишка бросил взгляд на брата и выпалил тихо:
- Я вообще-то переживал. Он показал твою рубашку. А она в крови.
Поджав губы, Себастьян кивнул на дверь дома, мол заходи, а сам недовольно сложил руки на груди. Теодор сбежал от отца, это понятно. Но что случилось с этим незнакомым господином и его младшим братом, что первый так зубоскалит, а Тео впадает в ступор?
- Расскажи мне, что произошло.

+1

26

«Все-таки вспомнил». Но реакция герцога вампира удивила. Конечно их знакомство прошло не должным образом и если бы кто-то поцеловал Кристель при самом Флоренцо, с учетом, что она его невеста, этот загадочный кто-то мог бы просто не досчитаться руки в лучшем случае.
- Не желаете ли пройти в дом и поговорить за стаканом хорошего вина?
- Боюсь, невежливым покажусь я, после этого инцидента с конем, мне стоит поторопиться. К субботе нужно быть в Кале, а уверенности в силах этого жеребца у меня нет. Может удастся найти по дороге нечто приличнее, а может и нет.
Конти проводил внимательным взглядом мальчиков. Младшего будто угнетала любовь старшего. Но второй не сдавался. «Правильно, малыш, не отступай. Заставить любить можно.
Одна кровь, а такие разные реакции, такие разные... интересы».
- Знаете, - конь нетерпеливо переступил с ноги на ногу, - я тут подумал, возможно, кто-нибудь из ваших знакомых продает выносливого жеребца? Наверняка, они будут лучше того, что я нашел на почтовой станции. Деньги — не проблема. Тогда бы, думаю, я мог задержаться у вас. «Хорошее вино» - звучит слишком соблазнительно.
Флоренцо улыбается и на всякий случай обращается к Присутствию, чтобы голова смертного начала работать быстрее.

+1

27

Теодор чувствовал себя слабым по сравнению со всем окружающим миром, это раздражало. Он был не способен даже противостоять брату, тащившего его прочь. Юный граф оглядывался на оставшихся беседовать на улице, но упрямый Себастьян все равно тащил его. Наконец они остановились.
- Я вообще-то переживал. Он показал твою рубашку. А она в крови.
- А?..
Мальчик глянул на старшего брата, смотрящего на него как-то воинственно и требовательно, словно Теодор был обязан ему что-то разъяснить.
- Расскажи мне, что произошло.
Теодор поджал губы. Произошло то, что его новый друг стал известен не только Себастьяну, но и его отцу! Это был уже не лично его новый друг, а общественный. Вон уже и отец его домой приглашает. Любезничает. А как он брату улыбался, сколько елейной нежности было в словах и во взгляде! Себастьян.. вечно с ним все сюсюкались, а Теодор оставался не у дел.
- Отстань от меня! - рявкнул мальчик, толкнув брата в грудь, после чего забежал в дом, уносясь по ступенькам на второй этаж, в свою комнату. Оттуда он мог выглянуть из окна.

+1

28

[AVA]http://tvc.rolevaya.com/img/avatars/0016/d0/1c/13-1448737790.jpg[/AVA]- Боюсь, невежливым покажусь я, после этого инцидента с конем, мне стоит поторопиться. К субботе нужно быть в Кале, а уверенности в силах этого жеребца у меня нет. Может удастся найти по дороге нечто приличнее, а может и нет.
Рубен понимающе кивнул, скомкав рубашку сына в руках. Он и не надеялся особо на положительный ответ. Наверняка этот человек должен питать к нему не самые положительные чувства, впрочем, он мог забыть о Кристель и удачно жениться. Но то, что он ему напомнил о ней, о том ярком времени, побуждало его быть по крайней мере вежливым.
- Знаете, я тут подумал...
Герцог оживленно выгнул бровь, приподнимая волевой подбородок и слушая внимательно, о чем подумал молодой человек. И радушно улыбнулся, дослушав его.
- Разумеется, мсье Конти, о чем речь? Я и сам владею не плохими скакунами. Я пошлю своего слугу и он пригонит вам с моего пастбища самого лучшего жеребца. Правда, это займет чуть больше времени, но до рассвета Марсель будет уже здесь.
Рубен направился к воротам, жестом приглашая гостя в дом.
Внутри это оказалось самое обычное городской жилище аристократа в два этажа. Гостиная находилась прямо внизу, перед камином стоял большой диван и стол, застеленный какими-то бумагами. К ним вышел Марсель и герцог коротко отдал ему распоряжения, после чего мужчина засобирался в дорогу. Поняв, что до сих пор сжимает рубашку сына, Рубен опомнился и бросил ее в сторону.
- Прошу меня извинить за легкий беспорядок, с утра я работал с документами.. Устраивайтесь, Флоренцо. Чувствуйте себя как дома и расскажите, что все-таки сделал этот сорванец? Он доставил вам неудобства?
Рубен достал два стакана и разлил по ним рубиновую жидкость, один из стаканов был предложен Флоренцо. Герцог выжидательно посмотрел на него.

0

29

- Отстань от меня!
Себастьян на минуту замер, а затем ринулся следом за братом, горя праведным гневом все сильнее. Или это была обида. Скорее, второе, да.
Взбежав по лестнице, мальчишка юркнул в двери и те захлопнулись за его спиной. Гадать ,куда побежал Теодор, не приходилось: младший пока еще бегал не так быстро и потерять его спину из вида не вышло.
Вбежав в спальню, Себастьян подлетел к окну и толкнул брата в плечо, заставляя повернуться к себе:
- Ты чего творишь?! - выпалил он, глядя в большие зеленые глаза непонимающе. - Что толкаешься?
Обида почему-то была такой сильной, что в горле появился ком. Он ведь волновался за этого мелкого идиота, искал и потом был готов побить взрослого мужчину, зная, что вряд ли не получит на орехи до и после своих неуважительных реплик. Но сейчас плевать он хотел на всех незнакомцев вместе взятых: Теодор вел себя неправильно. Они так долго не виделись, а брату важнее...
- Я не видел тебя так долго, а ты со мной разговаривать не хочешь?! Знаешь что, Тео, отстань ты! Иди к своему этому господину. Наверное, он лучше, чем я, если вы так успел подружиться!

+1

30

Теодор успел только увидеть в окно, как отец и мсье Флоренцо входят в дом. Кажется, отец знал его и раньше, судя по его словам. Интересно, что их связывало? Ведь не просто так между ними было это напряжение в воздухе, которое невозможно было не уловить, пусть оно и длилось всего секунды. И не позвал бы Рубен абы кого к ним в дом, видимо, этот человек сделал что-то значимое.
А тем временем наверху разворачивалась настоящая драма. Тео вспыхнул от слов брата, словно его окатили ведром холодной воды.
- С чего ты взял что мы подружились?! - взвизгнул Теодор, - Мне плевать на него, идиот! Не лезь не в свое дело!
Последний рубеж сорвался и мальчик ринулся в атаку, повалив брата на пол и катаясь с ним по ковру. Теодор оказался сверху и принялся лупить Себастьяна кулаками по лицу, голове, плечам - куда попадало. Он долго держал в себе ярость и сейчас был очень рад возможности ее выплеснуть, хоть и было мало шансов победить. Брат все таки сильнее.

0


Вы здесь » The Vampire Chronicles » Завершенные эпизоды » Загнанных лошадей пристреливают